Вопросы архиерею (архив)

Я могу ответить только одно: есть церковные правила — каноны, который четко определяют не только требования к будущему священнику, кандидату на рукоположение, но и требования к его будущей супруге, и они абсолютно однозначны — они должны быть девственниками. Девушка, желающая стать супругой священника, не только не может быть второбрачной или совершившей аборт до брака, но у нее не должно быть опыта интимных отношений с кем бы то ни было.

Что же касается конкретных ситуаций, всегда очень трудно давать ответы на такие вопросы по одной простой причине: многие люди, будучи неверующими, совершают непоправимые ошибки, а потом приходят к Богу. Можно ли после того, как они начали новую жизнь, все грехи, бывшие до их воцерковления, считать «яко не бывшими»? Наверное, в отношении ставленника в каждом отдельном случае это должен решать Архиерей той епархии, где он планирует рукополагаться, у Архиерея есть такое право.

Бывает, что решение дается крайне непросто. Современный человек живет в мире, в котором трудно сохранить чистоту. Этот мир сегодня примерно такой же, каким был во время пришествия Христа на землю,— языческий. В нем господствует идеология потребления и гедонизма. Огромное количество молодых людей приобретает сексуальный опыт в самом юном возрасте, когда они не задумываются ни о существовании Бога, ни о каких-то других серьезных вопросах, в том числе о том, смогут ли они потом создать полноценную семью. А опыт показывает, что это как раз практически невозможно, чему свидетельство — огромное количество разводов, совершающихся на наших глазах. И вот бывает так, что эти люди, будучи призываемы Господом, приходят в Церковь, переосмысливают свою жизнь, каются, начинают воцерковляться. Для них открывается новый, совершенно особый, глубокий мир веры и церковной жизни. У кого-то из этих людей возникает мысль посвятить себя священнослужению. Но вот беда: есть каноны, запрещающие рукополагать людей, в жизни которых были определенного рода падения…

Но если мы живем в мире языческом, может, стоило бы отнестись к этим людям так, как в первые века христианства, когда в священный сан возводили новообращенных язычников? Ведь когда апостолы, как сказано в книге Деяний апостольских, ходили по городам Римской империи, проповедовали Христа и при этом создавали общины и рукополагали кого-то во диаконы и пресвитеры, конечно, они не проводили канонических исследований, самих канонов еще не существовало. Никто не задавал вопросов о подробностях жизни людей до того, как они уверовали в Бога. Сейчас часто цитируют слова Апостола: Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники ― Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6, 9-10). Но, цитируя, часто опускают другую половину этого апостольского высказывания: И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего (1 Кор. 6, 11).

Казалось бы, можно применить этот исторический прецедент к сегодняшнему времени. Но вот проблема: сегодня практически все крестят своих детей, не задумываясь об ответственности. И вот получается, что человек, пришедший в Церковь практически из язычества, совершавший поступки, достойные язычника, был при этом по факту крещения православным христианином!

Виноваты в такой ситуации многие. Я не снимаю вины и с духовенства. Мы крестим детей по вере их родителей, это древний церковный обычай, который ведет свое начало с апостольских времен. Но получается, что зачастую мы крестим младенцев, родители которых не знают и знать ничего не хотят о вере. Никто не задумывается о том, что, покрестив ребенка, он берет на себя обязательства по его христианскому воспитанию. А в результате получается проблема, о которой мы говорим...

Поэтому, если человек до своего воцерковления был крещен, мы не можем проявлять к нему полное снисхождение и вменить как не бывшие те грехи, которые он совершил до своего прихода в Церковь.