10 сентября в 12 часов на Воскресенском кладбище Саратова Епископ Саратовский и Вольский Лонгин совершит панихиду по убиенным и претерпевшим гонения от безбожных властей. Во время богослужения будет читаться синодик с именами пострадавших за веру на саратовской земле. Член Епархиальной комиссии по канонизации подвижников благочестия Валерий Теплов рассказывает о тех, кто вошел в этот список, и о том, в чем безбожная власть обвиняла этих людей.
— Работа по сбору сведений о саратовских подвижниках благочестия была начата в свое время Архиепископом Пименом (Хмелевским; † 1993). В 1991 году из Министерства безопасности Российской Федерации были переданы Саратовскому епархиальному управлению 19 списков на репрессированных мирян и духовенство Русской Православной Церкви. Эти списки были частично опубликованы в официальном печатном органе «Саратовские епархиальные ведомости» и послужили основой для вышедшей в 2000 году книги «Саратовские подвижники», содержащей жизнеописания выдающихся деятелей Русской Церкви, связанных с саратовским краем. В 2004 году по благословению Преосвященнейшего Лонгина, Епископа Саратовского и Вольского, была образована Епархиальная комиссия по канонизации подвижников благочестия Саратовской епархии, которая тщательно собирает и рассматривает документальные материалы для прославления подвижников веры и благочестия, живших на саратовской земле, в том числе, подвергшихся гонениям за веру в двадцатом веке.
На сегодняшний день в синодик с именами пострадавших за веру на саратовской земле нами внесены более тысячи имен — 1029 человек. В их числе 34 архиерея, 33 инока (из них 25 в священном сане), 32 протоиерея, 223 священника, 3 игумении, 176 инокинь, 27 диаконов (в том числе 4 протодиакона), 42 псаломщика, 322 мирянина, 137 мирянок. Формулировки обвинений стандартны: «за участие в антисоветской группировке церковников», «антисоветская агитация среди верующих», «клевета на колхозный строй», «участие в контрреволюционной группировке церковников», «за сбор средств на восстановление церкви», «за требования возвращения церкви верующим», «активная церковница... за организацию культов и обрядов». Священники были судимы «как служитель культа», «за распространение религиозных обрядов», «за агитацию против закрытия церквей», «за распространение религиозных убеждений». При этом нужно учитывать, что «антисоветская агитация» — это зачастую лишь высказанный протест против закрытия храма, а «контрреволюционная деятельность» наскоро создавалась протоколами лжесвидетелей… В некоторых делах прямо указывается на то, что тот или иной человек был осужден «за религиозные убеждения».
Вот примеры церковных «преступлений»: инокиня Хвалынского монастыря Ольга (Ананьева) арестована «за сбор средств на восстановление церкви в городе Хвалынске», инокиня Чагринского монастыря Олимпиада (Алейникова) арестована «за распространение религиозных обрядов», инокиня Ольга (Ленючева) — «за распространение стихов религиозного содержания». Инокиня Феона (Зибарева) была осуждена по обвинению «в проведении клеветнической провокационной деятельности против СССР». Диакон Лука Бабенышев — «за антисоветскую агитацию и связь с церковниками». Староста церковного совета села Рыбное Сергей Брехов приговорен к высшей мере наказания «за открытие церкви». Диакон Павел Вертешов был расстрелян «за недонесение о контрреволюционной деятельности среди церковников», священник Владимир Веселовский осужден «за антисоветскую агитацию среди верующих», которая заключалась в протесте против снятия колокола в соборе. Супруга священника Татиана Царева была осуждена на десять лет лишения свободы «как участник нелегальных сборищ церковников и монашек». Вольская домохозяйка Евфимия Власова была расстреляна «за организацию религиозных обрядов», инокиня Антонина (Герасимова) — «за антисоветскую агитацию и пропаганду религии», монахиня Фаина (Де-Жорж) — «за антисоветскую агитацию по защите Русской Православной Церкви», инокиня Марина (Савельева-Ермилова) — «подстрекательство населения к открытию церкви». Священник Александр Кипрский был обвинен «в создании кулацко-поповской группировки, в срыве мероприятий, проводимых на селе, и распространении провокационных слухов» и расстрелян. А священник Иаков Яштайкин расстрелян «по обвинению в шпионаже в пользу Японии»…
|
|
|
|
|
|
|
|
Статья обвинения в основном одна — печально известная 58-я. Распространенные приговоры: «к высылке в Северный край сроком на 3 года», «к высылке в Казахстан сроком на 3 года»; осуждались к 5, 8, 10 или 25 годам лишения свободы. Значительная часть была приговорена к высшей мере наказания. Зачастую, не выдержав условий заключения, подследственные не доживали до вынесения приговора: некоторые личные дела заканчиваются записью о прекращении «в связи со смертью обвиняемого в следственном изоляторе». Практически все, чьи имена вошли в список пострадавших за веру, были полностью реабилитированы в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР 1989 года.
Накануне празднования Собора Саратовских святых на Воскресенском кладбище мы будем молиться об упокоении всех пострадавших за веру на саратовской земле — и тех, чьи имена нам известны, и тех, чьи имена ведомы только Господу.