10.V. Вторник. Совершаем крестное знамение: «Слава Тебе, Господи! Мы на Святой Земле». Встретили нас представители посольства, помогли оформить анкеты на багаж и прочие документы. Нанимаем такси, мчимся по той дороге, которая ведет в Священный Иерусалим. Может быть, вот через тот холмик проходил Сам Господь. Может быть, вот на этом камне Он отдыхал, утрудившись от пути. Может быть, глядя на такую же колосящуюся рожь, учил Он о том, что жатвы много, а делателей мало. Вот и нас, делателей, тоже мало. Господи, помоги нам! Летают какие-то птички. Вспоминаются слова: «Воззрите на птицы небесныя» [Мф. 6, 26]. По обе стороны дороги открываются чудесные виды. На горах — каменные домики, гористые каменистые обрывы, зеленые деревья и кустарники… Все это так прекрасно! Вот она, Земля Обетованная. Какой-то особенный воздух, сухой, но душистый, вкусный. Попадаются надписи на языке иврит. Встречаются местные жители в национальных костюмах. Это, конечно, не те люди, не те деревни, не те дома. Но все-таки священный трепет охватывает душу, навертываются слезы, почему-то вспоминаю приемных родителей[1], оставшихся в СССР, и цветы, лежащие на могиле Бетховена. И грустно, и радостно. Вот куда Господь привел потрудиться!
Когда мы подъехали к зданию Миссии, там уже все спали. Нас долго ждали, но почему-то решили, что мы полетели через Рим. Наконец дверь открылась. Смущенно встретил нас отец Алексий[2], видимо, восстав от сна. Отец Михаил Зернов шутит: «Что же вы? Се Жених грядет, а вы спите!». Матушки, вышедшие к нам в коридор, берут благословение. Среди них — игумения Афанасия с дочерью Евангелией. Они нам вручили букет цветов.
Это было часов в 6–7 утра. Чемоданы оставляем в помещениях Миссии, а сами идем в домовый храм Миссии — в церковь святой мученицы Александры, где впервые в жизни на Святой Земле я совершал богослужение, сослужа отцу Михаилу в служении благодарственного молебна. С нами служит и миссийский иеромонах Алексий. За богослужением присутствуют несколько монахинь. Отец Михаил произносит слово, в котором передает насельникам Миссии благословение Святейшего Патриарха Алексия и читает Указ о нашем назначении.
Затем ознакамливаемся с помещениями и насельниками. Много расспросов, рассказов, восклицаний, радости. Беседы продолжаются за завтраком. Часов в 10 ложимся немного отдохнуть с дороги, но почти не спится. Не выходит из головы мысль о том, что вот здесь, совсем близко Гроб Господень и все многочисленные святые места. Дал бы Бог побывать всюду!
В беседе с отцом Сергием Харламовым[3] и его супругой узнаем подробности автомобильной катастрофы. Действительно, Господь сотворил чудо, отец Сергий 6 часов лежал без сознания, врачи сказали, что сделать ничего нельзя, и даже думали везти его на вскрытие. Супругам Харламовым мы рассказали последние московские новости, кто куда перемещен, кто ушел, кто награжден и т. д.
Отец Михаил Зернов занимает 2 из 8 комнат отца архимандрита Поликарпа. Мне отведены тоже две комнаты (№ 1 — рядом с входом в коридор начальника). В первый же день мне прибирают комнаты, вешают занавески, моют пол, перетирают мебель. Я размещаю свои вещи из трех чемоданов: в стол, на вешалку, на полочки и т. д. Под общую улыбку показываю привезенные из Москвы апельсины. Здесь их тьма. Осматриваем комнаты. Отец Михаил распоряжается, чтобы обед был в большой трапезной, а не в малой, как бывало до нас. За обедом вижу мои любимые помидоры и огурцы.
В 4 часа начали всенощную в канун Преполовения. Служу в Иерусалиме первую вечерню. Как нарочно, сбиваюсь два раза при поминании Блаженнейшего Патриарха Тимофея[4]. На шестопсалмии в мантии читаю светилен, молитвы. В ней же читаю ектению и «Бог Господь» (диакона здесь нет). Овладевает какое-то особое чувство, будто как-то «не по себе» — до того трудно привыкнуть к мысли, что я в Иерусалиме. После службы идем в садик возле храма. Здесь растут сосны, кедры, они окружают собор. С холма смотрим на Старый город Иерусалим. Елеон, Гефсимания. Ужинаем и рано ложимся спать.
11.V. Среда. Преполовение. Второй день нашего пребывания в Иерусалиме. Встали рано. В 7 часов начали обедню. Служили затем водосвятный молебен, на который пригласили отца Сергия. На столике — ряды кружечек, кувшинчиков, коробочек. Это наши богомольцы принесли свою воду для освящения. Всех молящихся было человек 10. Вот оно «малое стадо». Какая-то женщина лет 26 пришла в храм с ребенком. Оказалось, что ее фамилия Сорока. В трапезной позавтракали. Продолжаем осмотр помещений, вещей, документов. После обеда (в 13 часов) поехали на машине в Тель-Авив представиться в Посольство СССР. Нас здесь встретили очень вежливо. Разные вопросы, в том числе — о покупке новой автомашины, сильно нас задержали. Начало темнеть. Поехали домой. Но по дороге заглянули в наш сад в Яффе и в храм, стоящий здесь в саду[5]. Была совершенная тьма. Лаяли собаки. Еле нашли нашу дежурную Прасковью Михайловну. В храме оказалось, что антиминс на престоле принадлежит церкви с горы Кармил[6]. Монахини в Миссии нас долго ждали, да и поужинали без нас, причем нам ничего не оставили. Пришлось собирать объедки со стола и кое-как утолять голод. Кушали и шутили. Усталые, пошли отдыхать. Наступила вторая ночь нашего пребывания на Святой Земле.
12.V. Четверг. Почти весь день был посвящен моему ознакомлению с бухгалтерией и другими делами. Лег спать в 23 часа 30 минут. Ежедневно записываю вечерами все происходившее за день. Потом пригодится.
13.V. Пятница. Продолжаю знакомиться с делами. Татьяна Федоровна[7] приводила в порядок денежные бумаги с января по апрель, чтобы можно было составить акт о передаче дел. Осматривал библиотеку, разыскивал в архиве кое-какие дела, наводил порядок в своей новой секретарской комнате. Из наших окон часто можно видеть еврейские похороны. Идет толпа евреев, кто-то громко плачет, несут покойника, сзади — человек в шляпе с маленькой книжечкой в руках, с бородой. Видимо, он священник (рядом с нами — морг).
Утром сегодня я пел на клиросе, читал Апостол. Служил отец Алексий. Отец Михаил целый день был в Горненском монастыре[8], знакомился с насельниками. В его отсутствие приходил некто грек Дамиан (знающий русский язык). Предлагал дешевое постное масло, находящееся на Кармиле. Он от нас звонил епископу Венедикту[9] и г-ну Ксантопулосу. Оказалось, что епископа Венедикта нет, уехал в Старый Город, вернется только во вторник. А мы думали сегодня-завтра быть у него на приеме. Прибегала старушка Шубина, сообщила о том, что якобы полиция выбрасывает ее из квартиры. Говорила много и беспорядочно. Обещала придти вечером, когда будет отец Михаил, и не пришла. Отец Михаил ездил на «джипе» («виллисе») архимандрита Поликарпа. Говорят, что это удовольствие не из приятных.
14.V. Суббота. Утром завтракали, как обычно, в 8 часов. Затем с пономарем Александром осматривали сад, через который проходит население (за собором), а также сад внутри Миссии и внутренние дворы. В 11 часов вместе с отцом Михаилом, Татьяной Федоровной и матерью Гавриилой осматривали богатейшую миссийскую ризницу (под собором). В своей комнате нашел учебник иврита «Шалом», начал его читать. После обеда вместо отдыха немного поиграл на фисгармонии. Всенощную служил отец Михаил. Я пел на клиросе. После ужина был в гостях у Зайцевых в Палестинском обществе[10]. Вернулись поздно. Какая прекрасная ночь: чудное небо с массой звезд. Воздух свежий, ароматный, легкий.
15.V. Воскресенье. Утром в 8 часов служили с отцом Михаилом обедню. В храме присутствовало 19 человек, кроме живущих в здании Миссии. Служили панихиду по случаю дня кончины Святейшего Патриарха Сергия[11]. Иеромонах Алексий служит в Хайфе на горе Кармил. Ввиду позднего завтрака обед перенесли на 15 часов и ужин — на8.
16.V. Понедельник. Утром в 6 часов выехали на машине «шевролет» в «объезд епархии». Взяли с собою папки с делами, касающимися наших участков земли и зданий, а также захватили чемоданчик с провизией. Утром дороги пустынны. Ехали быстро, почти всю дорогу скорость была 80 км в час и выше. Проехали Лидду[12], Хадеру[13], вдали увидели гору Фавор — крутую, высокую, с церковкой на вершине. Возле Фавора проехали совсем близко. Церковь напоминает базилику, принадлежит католикам. На склонах горы — деревья, кустарники, но много и пустынных мест. В 9 часов 30 минут приехали в Тивериаду[14]. Проехали город и увидели знаменитое Тивериадское море. Размер его невелик. Вдали за озером (морем) — горы. Там — государство Ливан. Едем к нашему Магдальскому саду[15] по берегу озера. Оно спокойное, у берега лежат огромные камни. По-видимому, 2000 лет тому назад все здесь было точно в таком же состоянии. Имели долгую беседу с заведующим Магдальским садом Микелем и его женой, а также со старушкой-монахиней Варварой. Обошли все участки сада, осмотрели апельсины, бананы, грейпфруты, пальмы, помидоры, огурцы, лук и прочие насаждения. Нас угостили знаменитой тивериадской рыбой, очень вкусной, с виду напоминающей нечто среднее между карасем и ершом. В Магдальском саду нужен трактор, нужны рабочие руки. Проехали к инженеру Шварцблату, а также осмотрели принадлежащий нам в Тивериаде дом из черного камня, двухэтажный. В нем живут евреи, платят нам квартплату. В саду находится источник Марии Магдалины, а также церковь для паломников, напоминающая собою разваливающийся сарай. Мальчик-араб опрыскивает огород с огурцами химическим раствором. На самом берегу (на нашей территории) находятся целебные источники. Весь год здесь температура от 26 до 30º. В 12 часов 30 минут мы выехали из Тивериады. Ровно через час приехали в город Назарет — место жизни Спасителя-Отрока, место Благовещения. Думали навестить греческого архимандрита Исидора, но его не застали. На улице возле греческой церкви[16] стоит лавочка. В ней продаются назаретские сувениры: маленькие глиняные кувшины, глиняные верблюдики, разные фотографии. Зашли в этот храм. По преданию, на этом месте было Благовещение. Под храмом находится источник, из которого Пресвятая Дева брала воду. Греческий монах вежливо проводил нас в храм и к источнику. В Назарете заправили машину бензином и тронулись в дальнейший путь. Через час с четвертью в 15 часов 30 минут въехали в город Хайфу. Это большой город, второй по величине после Тель-Авива. Арабов здесь почти не видно. Те, что встречались, одеты во что-то вроде подрясника, а на голове большой белый платок, перевязанный черной ленточкой. Арабские женщины и девочки, несмотря на сильную жару, ходят в черных платьях, в крайнем случае — в темно-красных. Мужчины носят преимущественно светлую одежду. Проехали через весь город к горе Кармил. Здесь находится наша церковь в честь пророка Ильи и большой участок сада-парка, в котором стоят два дома. Стена вокруг участка во многих местах разрушена. В домиках живут жильцы, которые платят нам незначительную сумму за арендуемые помещения. Познакомившись с «заведующей церковью» монахиней Артемией, а также с жителями болгарином Николаем Владимиром Фатневым, Сергеем Харченко, бывшими белогвардейцами. На днях в нашем саду собираются разбивать палатки скауты. Монахиня Артемия беспокоится о ремонте дома: протекает крыша над ее домиком. В 17 часов 15 минут выехали из Хайфы. Любовались раскинувшимся во всю ширь Средиземным морем. Таким образом мы за один день побывали в одной из самых северных частей Израиля. Дорогу нам перебежали 5 шакалов, которых очень пугал свет автомобильных фар и шум проезжавших машин. Видели навьюченных верблюдов. Чудесная картина тропической страны. Возвратились домой в 20 часов.
17.V. Вторник. Вечером в коридоре послышался шум, крик и стоны. Оказалось, что девяностолетняя монахиня Хрисанфа пришла к нам просить денег на очки, которые она потеряла. По дороге она несколько раз падала, несмотря на 2 палки в обеих руках. Отец Михаил распорядился помыть ей нос, накормить и купить очки. В аптеке она снова подняла шум: ни одни очки ей не подходят. Дайте ей доктора, который оперировал ее глаз! Отвезли ее в Миссию ни с чем. Ездили на машине к г-ну Ксантопулосу — представителю Иерусалимского Патриархата в Израиле. Затем повезли мать Хрисанфу в Горний. По дороге Евангелия показала мне квартиру доктора Грифеля, который позвонил в глазную клинику. Там обещали принять старушку рано утром завтра. Решили возвращаться в Миссию, а я сходил в обитель (очень трудная дорога в гору), увиделся с приготовившейся к отъезду матерью игуменьей Афанасией, осмотрел окрестности. Место здесь очень живописное, уютное. Кругом горы. Рядом католический монастырь. Именно сюда шла Мариам, где Она пребыла с Елизаветою три месяца… Игумена Исаию[17], тоже проживающего здесь, не видел, так как спешил возвратиться в Миссию к обеду.
18.V. Среда. Отец Михаил в Тель-Авиве. Целый день вожусь с документами наших владений в Израиле. Нужно подобрать всю документацию, подтверждающую наши права на наши участки. Приходил болгарский посланник. Его угостили, по местному обычаю, коньяком с конфетами. Был инженер Юнг (он же фотограф), предлагал свои услуги к празднику Святой Троицы. Приехал усталый отец Михаил.
19.V. Четверг. Вечером служил всенощную по случаю Воспоминания явления Креста в Иерусалиме. В этот же день — праздник чудотворной иконы Жировицкой. Завтра 6 лет моей пресвитерской хиротонии. Нахлынули воспоминания о Жировицкой обители[18],: первые мои богослужения в обители, братия, монастырский сад, алтарь Успенского собора, те же напевы. Сколько изменений в жизни за 6 лет. Проучился четыре года в Академии… Два года был преподавателем в Семинарии…
20.V. Пятница. Служил литургию. Поминал братию Жировицкого монастыря. После обедни произнес первую в Иерусалиме проповедь — о Жировицкой чудотворной иконе и о Жировицкой обители. Затем был молебен. В храме стояло 11 человек. Днем 2 часа сидел в конторе адвоката Кронгольда, изучал вопрос о регистрации наших владений в Израиле и о налогах на них. У Татьяны Федоровны Харламовой пропал дорогой браслет (как и у меня когда-то в Жировицах в годы войны). Вечером поехал в Горненский монастырь. В 16 часов начали всенощную. В алтаре познакомился с игуменом Исаией который во время пения «Блажен муж» вышел из алтаря к монахиням и сказал: «Первое впечатление от отца Игумена хорошее». Службу закончили в 19 часов. После ужина ходили со сторожем Белецким к д-ру Грифелю звонить по телефону отцу Михаилу о забытом ключе и о невзятом указе. Воздух чудесный. Небо звездное, чистое. Меня поместили в одной из комнат игуменьевского дома. Стоявшей там фисгармонией воспользоваться не успел. Помолившись, лег спать, придвинув к дверям крышку от швейной машины, так как запоров на дверях нет.
21.V. Суббота. Святого апостола Иоанна Богослова. Встал в 5 часов. В 6 часов начали утренние молитвы, полунощницу, акафист, часы. Обедня началась в 7 часов 30 минут. Приехал отец Михаил. Обедню служил я один. Молебен служили вдвоем. Затем выдавал монахиням денежные пособия. К больным ходил в их домики. Почти у каждой монахини свой дом. У некоторых — двухэтажный. Есть пустующие домики. Крыши на домах ровные, на некоторых — скаты для сбора дождевой воды. Сегодня день ангела отца Иоанна Голуба[19], моего приемного отца. Поминал его с матушкой Стефанидой за обедней и за молебном (монахини обратили на это внимание). После довольно плотного завтрака поехали в Миссию. Захватили с собою монахиню Акилину и Евангелию для усиления соборного хора. Быстро поужинали. У Татьяны Федоровны нашелся браслет. Служили всенощную — Неделя о слепом и святого Николая. День ангела дяди Коли.
22.V. Воскресенье. О слепом, святителя Николая. Утром в 7 часов поехали на такси в Яффу с монахиней Тавифой. Около 9 часов 30 минут вошли в Яффский сад, прошли мимо квартиры Гончаровых, мимо купальни. Остановился в домике для приезжающих. Затем пошел в храм. Храм запущен, полон паутины и пыли. После начальных приготовлений начали часы. Во время возгласа «Благословенно Царство» в церкви кроме меня и Тавифы, читавшей часы, и продавщицы свечей не было ни одной души. Вот вам и Николин день! Постепенно люди подходили. В конце обедни произнес проповедь в присутствии 11 слушателей. Затем служил молебен святителю Николаю. Сходил к гробнице праведной Тавифы, прошел через апельсиновый сад, осмотрел домик Прасковьи Михайловны, побеседовал с ожидавшими меня прихожанами и отправился к Гончаровым обедать. Особенное впечатление оставил пономарь араб (кавас), певший в алтаре разные песнопения на арабском и греческом языке и кадивший меня при передаче ему кадильницы. После обеда сели на автобус. В Тель-Авиве взял такси. В 16 часов был уже дома, в Иерусалиме. Вот таково сочетание: дома — в Иерусалиме. Иерусалим стал моим домом. Отец Михаил после обедни был у д-ра Варди (сотрудника министерства религий). На обедне был г-н Ксантопулос и секретарь греческого посольства. Я их не видел. Вечером писал деловые письма Святейшему Патриарху, Д. А. Остапову и С. И. Георгиевскому[20]. Всех просил оказать содействие делам Миссии. Эти письма пойдут дипломатической почтой, которая ходит раз в месяц. Лег спать в 23 часа.
23.V. Понедельник. Утром поехали в Тель-Авив с монахинями — игуменьей Афанасией и Евангелией по поводу их отъезда. Ехать они не очень хотят. Однако иностранный отдел Патриархии требует поскорее отправить их в СССР, так как они в определенном смысле плохо ведут себя здесь, городят всякую чепуху и т.п. На обратном пути мы ехали вдвоем с отцом Михаилом. Купили полтора килограмма бананов и съели их втроем, включая шофера г-на Иоиля, который рассказал, что у него есть двое детей, имена их — Амос и Яарон. Его фамилия Тандлер. Он коммунист.
24.V. Вторник. Днем были у г-на Кронгольда, а вечером служили отдание Пасхи (вдвоем с отцом Михаилом). Сначала одели красное облачение, потом — голубое, затем — зеленое, потом — золотое и белое[21]. Одним словом, позабавились, благодаря указаниям отца Михаила. Служили пасхальным чином. Перед службой произошел под собором в ризнице скандал между монахиней Гавриилой и Татьяной Федоровной Харламовой (из-за крестика).
25.V. Среда. Отдание Пасхи. Утром в 7 часов провожали Харламовых. Отец Михаил поехал с ними и с матерью Афанасией и Евангелией в аэропорт, а я пошел совершать проскомидию. После литургии выносил Плащаницу на средину храма для целования. Днем ходил с Сами в типографию за визитными карточками мне и отцу Михаилу. Приходил парикмахер, спрашивал отца Михаила. Сказал: «Завтра, когда буду хотел — зову». Уходя, он, пожимая мне руку, сказал: «Здравствуйте». Г.М.Белецкий приносил проект строительства водопровода, электростанции и дороги в Горнем (Айн-Кареме[22]). Взял несколько книг для чтения, а в календаре он нашел положенный туда кем-то журнал «По стопам Христа» за декабрь 1954 года. Погода холодная, не жарко. Что-то я стал мало гулять по воздуху. Вечером вдвоем с отцом Михаилом служили всенощную. Облачение белое.
26.V. Четверг. Вознесение. Начали литургию в 8 часов. После «Буди имя Господне» отслужили краткий молебен. Чай. Обед — в 1 час 30 минут. Вечером ездили в гости в г-ну Ксантопулосу. По дороге смотрели на Елеонскую гору — место Вознесения. Она находится в Иордании, то есть за границей[23].
27.V. Пятница. Сегодня еврейский праздник Пятидесятница. Все магазины, а также и почта закрыты. Почта от нас через дорогу. Вечером мылся в нашей бане (под душем). Настроение прекрасное.
28.V. Суббота. Утром решили звонить в Тель-Авив. Но для этого надо не только знать номера телефонов, но и уметь сказать их на иврите и объясниться с телефонисткой в случае каких-либо недоразумений. Поэтому я взял справочник, разыскал там нужный номер, перевел его на иврит, затем составил на английском языке кое-какие фразы (на всякий случай) и стал звонить. Отвечают. Произнес еврейские цифры. Меня даже в жар ударило. Телефонистка не удовлетворена. Сыплет вопросы по-еврейски. Я говорю ей: «Vielleicht konnen Sie Deutsch sprechen?»[24]. Она передала кому-то трубку. Со мною стали говорить по-немецки. Через 5 минут состоялся разговор с Тель-Авивом. Отец Михаил на клочке бумаги написал: «От имени начальника Русской Духовной Миссии архимандрита Поликарпа объявляется благодарность игумену Пимену». Днем приходили какие-то туристы, просили показать им собор, говорили по-английски. Я попросил их говорить лучше по-немецки. Один из них обрадовался, состоялся разговор о соборе и о том, где теперь находится архимандрит Поликарп. Вечером служили всенощную. В конце ее отец Михаил произнес краткое поучение. За ужином меня подняли на смех из-за большого количества съеденных блинов.
29.V. Воскресенье. Отец Михаил поехал в Яффу. Я служил в соборе. После обедни произнес поучение на тему «Да вси едино будут» по случаю воспоминания святых отцов I Вселенского Собора. Говорил об обязанности соблюдать единство веры и жить в единении и любви. Херувимскую пели Сарти[25]. После завтрака, на котором был г-н Ксантопулос, ходил на почту, получил ЖМП № 3. В секретарской комнате нашел, наконец, папку с приходными документами и список лиц, приглашенных на Троицу в 1953 году и в 1954 году[26]. Вечером приходили г-н Арон и г-н Левин, составляли план банкета и примерную смету цен, чтоб содрать с нас побольше.
30.V. Понедельник. Утром после завтрака был на почте. Писем еще нет. На обедне присутствовал г-н Ксантопулос. Вечером узнал о кончине старушки-паломницы Ольги Семеновны. На ночь ее поставили в собор, панихиду служили втроем. Все паломницы-старушки живут в одном из наших домов. Все они остались в Иерусалиме в связи с началом революции и теперь доживают здесь свой век. Кому было тогда лет 30 — теперь 70. Вечера становятся более теплыми и сухими. Начал читать книгу об отце архимандрите Антонине (Капустине)[27], бывшем начальнике Миссии, а впоследствии — наместнике Троице-Сергиевой Лавры[28].
31.V. Вторник. Утром с матерью Михаилой, матерью Анной и одной певчей ездили в Горний на спевку, которая продолжалась 2 часа. Затем вернулись домой. В 12 часов 30 минут ездили с визитом к греческому консулу. Думали увидеть и архиепископа Афинагора[29], но он не приехал. В 14 часов я совершил погребение Ольги Семеновны. Произнес краткое поучение о необходимости молитвы о усопших и о памятовании смертного часа. Утром получил первое письмо от родителей. Было естественно много радости. Тотчас послал им телеграмму с сообщением о получении письма.
Греческого консула зовут г-н Влахос.
[1] В 1942 году от болезни и голода умерли родители Дмитрия Хмелевского (владыки Пимена). В это время он познакомился с протоиереем Иоанном и его матушкой Стефанидой Ивановной Голуб, которые стали его духовными наставниками и заменили родителей. Отец Иоанн был настоятелем Андреевской церкви города Борисова Минской области.
[2] Иеромонах Алексий — сотрудник РДМ в Иерусалиме.
[3] Священник Сергий Харламов — по окончании МДА служил в храме Михаила Архангела села Михайловского Домодедовского района Московской области. Был переведен в Москву, а затем два года прослужил в РДМ в Иерусалиме.
[4] Блаженнейший Патриарх Святого Града Иерусалима и всея Палестины Тимофей (Темелис; 1878–31.XII.1955).
[5] В 1948 г. новообразованное Израильское государство передало МП часть владений Русской Православной Церкви и Императорского Палестинского Общества, находившиеся на территории Израиля, в частности, храм святых апостолов Петра и Павла, могилу праведной Тавифы и сад в городе Яффа — бывшей Иоппии (см.: Деян. 9, 36, 38 и проч.), ныне пригород Тель-Авива.
[6] Церковь святого пророка Илии на горе Кармил в городе Хайфе принадлежит РДМ.
[7] Татьяна Федоровна Харламова — матушка иерея Сергия Харламова.
[8] Горненский женский монастырь расположен на юго-западе современного Иерусалима, в Эйн Кареме, и принадлежит Русской Православной Церкви. См. примеч. 42.
[9] Епископ Тивериадский Венедикт (Пападопулос; 1892–1980); с 01.III.1957 г.— Патриарх Святого Града Иерусалима и всея Палестины.
[10] Императорское Православное Палестинское общество (ИППО) создано в 1882 г. указом императора Александра III. В советские времена (до 1992) оно именовалось Российским Палестинским обществом при АН СССР.
[11] Святейший Патриарх Московский и всея Руси Сергий (Страгородский) скончался 15.V.1944 г.
[12] Лидда (ныне Лод) находится примерно в 16 км к юго-востоку от Яффы (Иоппии); упоминается в Деян. 9, 32–35, 38.
[13] Хадера — город на побережье Средиземного моря на полпути от Тель-Авива к Хайфе, основан в 1891 г.
[14] Тивериада — город на западном берегу Галилейского озера (Тивериадского моря), в 4,5 часах пути от Назарета и в 3-х — от Капернаума; трижды упоминается в Священном Писании (см.: Ин. 6, 1, 23; 21, 1).
[15] Магдальский сад в Магдале, расположенной севернее Тивериады, с храмом в честь святой Марии Магдалины также принадлежит РДМ.
[16] Греческая православная церковь Благовещения.
[17] Игумен Исаия — сотрудник РДМ в Иерусалиме.
[18] В 1943 г. Дмитрий Хмелевский поступил в Жировицкий мужской Свято-Успенский монастырь (Белоруссия), там же принял монашеский постриг. После окончания Минской Духовной Семинарии 20.V.1949 г. отец Пимен был рукоположен в иеромонаха.
[19] См. примеч. 21.
[20] Георгиевский С. И. († 1989) — сотрудник МП.
[21] В России была традиция, которая теперь мало где сохранилась: во время пасхальной заутрени на каждой песни канона священнослужители меняли облачения и таким образом успевали послужить в облачениях всех цветов.
[22] Эйн Карем, или Айн-Карем — юго-западная окраина
[23] Этот горный массив, расположенный в восточной части Иерусалима, отошел к Иордании в результате арабо-израильской войны в 1948 г., но был вновь занят Израилем в ходе «шестидневной войны» 1967 г.
[24] «Можете ли Вы говорить по-немецки?»
[25] Сарти Джузеппе (1729–1802) — итальянский композитор, написавший за время службы в России ряд духовных сочинений.
[26] День Святой Троицы — престольный праздник Свято-Троицкого собора РДМ в Иерусалиме. По сложившейся традиции, во второй день праздника (в Духов день) представитель Иерусалимской Церкви в сопровождении клириков Святогробского братства совершает там литургию.
[27] Антонин (Капустин; 1817–1894), архимандрит. С 1865 г. настоятель РДМ в Иерусалиме. Благодаря ему РДМ приобрела и благоустроила множество земельных участков в Иерусалиме и на территории Палестины (большинство из них впоследствии перешло к другим хозяевам). Совершил несколько археологических раскопок; устроил в Иерусалиме музей христианских древностей; известен многими трудами по церковной археологии и истории.
Скорее всего, речь идет о книге архимандрита Киприана (Керна) «О. Антонин Капустин, архимандрит и начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме (1817–1894гг.)» (Белград, 1934; переизд.: М., 1997).
[28] Здесь неточность: архимандрит Антонин скончался в Иерусалиме и погребен в устроенной им самим церкви на вершине Елеонской горы.
[29] Архиепископ Севастийский Афинагор — Помощник Иерусалимского Патриарха.