Пасхальный кулич
Миновала Пасха. Припекало солнце, и дотаивал снег. В общем, пришла пора пускать в ручьях игрушечные корабли и строить запруды. Надев резиновые сапоги, Сережа вышел из дома и направился к школьному двору, где были лучшие во всей округе лужи. Под окнами спортзала разлилось целое море или даже Северный Ледовитый океан. Ломая около берега корочку льда, Сережа с замиранием сердца шагнул в воду. На середине глубина лужи была такая, что казалось, будто вода вот-вот хлынет через край и заполнит сапог. Пройдя самое глубокое место, мальчик вдруг наступил в скрытую на дне яму и зачерпнул хорошую порцию ледяной воды. Теперь нужно было срочно бежать домой и парить ноги, чтобы не разболеться.
* * *
Подбегая к дому, он заметил у своего подъезда несколько мальчишек из параллельного класса. Среди них был и Федька Карюкин — местный хулиган и первый в школе двоечник. «Сейчас начнут задираться»,— подумал Сережа. А когда он намеревался пройти в свой подъезд, Федька вдруг преградил дорогу.
— Проход пять рублей,— сказал Карюкин.
Сережа хотел протиснуться сквозь толпу мальчишек. Его оттолкнули.
— Хорошо, у меня, кажется, есть пять рублей,— сказал он тогда. Полез в карман, погремел мелочью и, вынув сложенный в фигу кулак, поднес его к носу Федьки.
Мальчишки двинулись полукругом. Началась драка. Сереже разбили нос, толкнули в грязь и, сорвав черную вязаную шапку, разбежались. Дома он умылся и, давясь от обиды слезами, стал думать, как бы отомстить Карюкину. Сначала хотелось пойти к Федьке домой и, вызвав из квартиры, как следует поколотить. Потом, поразмыслив, мальчик вспомнил, что все-таки зло следует побеждать добром, и решил сначала поколотить Федьку, а потом подарить ему что-нибудь хорошее, например, испеченный мамой пасхальный кулич. Но затем, почти совсем успокоившись, решил просто подарить кулич.
* * *
Встав на цыпочки, Сережа с трудом дотянулся до звонка. За дверью раздались шаги, и через замочную скважину раздался голос Карюкина:
— Ну?
— Выходи, я тебе подарок принес,— сказал Сережа.— Не бойся, бить, скорее всего, не буду.
Воцарилась тишина. Прошло пять минут. Пришлось позвонить снова. Наконец дверь открылась, и в проеме появился Федькин папа в растянутой желтоватой майке и с густой щетиной на лице. Из-за его спины выглянул Федька.
— Чего надо? — хрипло спросил Карюкин-старший.
Сережа оробел — папа у Карюкина был, как всегда, пьяный.
— Кулич Феде принес,— наконец сказал он, протягивая кулич.— Христос воскресе!
— Проваливай отсюда! — ответил Федькин папа, но кулич взял.
* * *
Дома Сережа привел в порядок перепачканную одежду. Самое плохое было то, что у него теперь не было шапки. Завтра мама, провожая его в школу, наверняка это заметит. Тогда придется либо рассказать про драку, либо соврать. Ни того ни другого Сережа делать не хотел.
Вдруг в дверь позвонили. Мальчик посмотрел в глазок. В коридоре никого не было. Он открыл дверь и услышал раздающийся с лестничной клетки звук удаляющихся шагов.
На пороге лежала отнятая в драке шапка.
Урок природоведения
Кончились летние каникулы. 1 сентября Сережа в новых брюках и белой рубашке отправился в 5-й класс. На школьном дворе шла линейка. Мальчишки в задних рядах сравнивали, кто больше подрос за лето и кто сильнее загорел.
На следующий день началась учеба. В пятом классе появилось несколько новых предметов, в том числе природоведение. Наталия Николаевна, учительница природоведения, на очередном уроке записала на доске тему: «Происхождение человека».
— Итак, дорогие ребята,— прогуливаясь с указкой по классу, сказала Наталия Николаевна,— все мы произошли от человекообразных обезьян.
Сережа не поверил своим ушам. Из занятий в воскресной школе ему давным-давно было известно, что первых людей сотворил Бог, а все человечество произошло от Адама и Евы.
—…Постепенно обезьяны слезли с деревьев и научились ходить на двух конечностях, затем освоили орудия труда и стали возделывать землю,— продолжала Наталия Николаевна.
Дождавшись конца урока, Сережа подошел к учительнице и спросил, правда ли она думает, что человек произошел от обезьяны?
— Нравится нам это или нет,— разведя руками, сказала Наталия Николаевна,— но мы действительно произошли от человекообразных обезьян, что давно подтверждено великими учеными. Чарльз Дарвин доказал это еще в XIX веке.— Наталия Николаевна показала указкой на висящий над доскою портрет бородатого господина.
По пути из школы Сережа размышлял, как это могло быть, что Наталия Николаевна — взрослый разумный человек — может верить в подобные выдумки. Совсем не укладывалось в голове, что и он сам, и мама с папой, и даже отец Александр произошли от этих несимпатичных животных. Мальчик специально вечером того же дня отправился в храм и спросил совета у батюшки.
— На самом деле ничего не доказано,— сказал отец Александр.— Прилежно учи эту тему, но твердо знай и помни, что человек сотворен Богом.
Сережа выучил домашнее задание назубок, просмотрел все картинки в учебнике, и его, конечно, на следующем уроке вызвали к доске.
— В учебнике природоведения написано, что человек произошел от человекообразных обезьян,— выйдя к доске, начал он.—…Постепенно обезьяны слезли с деревьев и научились ходить на двух конечностях, затем освоили орудия труда и стали возделывать землю… Но лично я считаю, что человек сотворен Богом и все мы произошли от Адама и Евы.
В классе повисла тишина. Наталия Николаевна долго-долго смотрела на Сережу поверх своих больших очков и наконец сказала:
— Вот так вот прям и сотворены?! То есть лучшие умы человечества напрасно доказывали, что человек произошел от обезьяны?
— Напрасно,— вздохнув, сказал Сережа.
— То есть выходит ученик 5-го «А» класса Сергей Кириллов и говорит, что теория эволюции несостоятельна?
— Получается, что так,— кивнул мальчик.
— И откуда же такие знания?
— Так написано в Библии, в книге Бытия.
— То есть вот так и написано, что Бог просто взял и сотворил человека? И Ему не понадобились для этого ни первичный бульон, ни движущие силы эволюции, ни что-либо другое?
— Именно так! Он же Бог, у Него все есть.
— Садись, Кириллов,— сказала наконец Наталия Николаевна и, взяв ручку, нависла над журналом.— Урок ты выучил.
Сережа вернулся на свое место. Его друг Коля, который сидел за первой партой, вытянул шею, посмотрел в журнал и, обернувшись к Сереже, показал ладонь с пятью пальцами. Наталия Николаевна поставила пятерку.