Фантастический триллер «Эффект бабочки» вышел на экран в 2004 году и сразу стал сенсацией в мировом кинематографе. Многие кинокритики не остались равнодушными к картине, однако не всегда из их уст были слышны лестные отзывы. Возможно, потому, что они привыкли судить в основном по структурным качествам картины: по работе режиссера, актера, оператора. «Эффект бабочки» выходит на несколько другую орбиту, может быть, слегка отдаляясь от кино по структуре и приближаясь к качественной литературе по содержанию, несмотря на свою так называемую «попсовость».
Многие зрители считают, что фильм чрезвычайно хорош, талантливо и грамотно сделан, к тому же — вызывает массу положительных эмоций. Оно и немудрено — в нем есть традиционный для голливудских драматических фильмов «happy end». Критики же называют «Эффект бабочки» очень грубым плагиатом на фильм «Назад в будущее», слабым в актерском и сценарном плане, кроме того, подозревают его в отсутствии всякой оригинальности. Отчего такое расхождение мнений? И можно ли найти компромисс между спорящими сторонами?
Стоит сразу отметить, что фильм Эрика Бресса и Дж. Мэкки Грабера не претендует на звание лучшего фильма тысячелетия, но он — один из тех картин, что входят в киноисторию. «Эффект бабочки» — первый и на сегодняшний день последний совместный проект этих двух режиссеров. Это неслучайно. После столь долгого и сложного «вынашивания» самой идеи фильма и не менее долгого процесса его рождения очень трудно возвращаться в киноиндустрию. Кроме того, что бы Бресс и Грабер вместе или по отдельности теперь ни сняли, ожидания зрителей едва ли оправдаются, потому что они будут ждать нечто подобное.
Фильм необычайно глубок по своей структуре, и пусть покраснеют те, кто считает его поверхностным. Это главное его преимущество. Однако кажется, что в погоне за психологизмом и внутренней гармонией создатели потеряли вторую, не менее важную составляющую — внешнюю оригинальность и необычность. Первое, что приходит в голову, когда появляется эпиграф к фильму, это рассказ Рея Бредберри «И грянул гром», но масштаб иной: если фантасмагория известного писателя охватывает период в более чем 60 млн лет, то фильм Бресса и Грабера всего около 20. А уж про внутреннее событийное наполнение и говорить не приходится. «Эффект бабочки» гораздо более насыщен, чем «И грянул гром». Сравнение с фильмом «Назад в будущее» кажется еще более абсурдным. Здесь общей можно назвать только идею о возможности изменения прошлого. Однако в первом фильме она строится на общефизических особенностях времени как материи, в последнем — на особенности личности, страдающей от физиологической аномалии мозга.
Для «Эффекта бабочки» вообще очень характерен антропоцентрический подход. Герой, осознавая собственную ответственность перед любимыми людьми (и только это является причиной, заставляющей его заново кроить мир), несколько раз изменяет прошлое, которое касается не его одного. Его цель — не материальные блага или стремление к власти, а желание избавиться от внутреннего дискомфорта, обусловленного внешними катаклизмами. Очень важен тот факт, что после каждого коренного изменения внешних условий Эвон Треборн (Эштон Катчер) не меняется изнутри. Он все равно стремится создать наиболее комфортные условия для жизни любимых им людей.
«Эффект бабочки» дает сильнейший толчок к внутреннему «самокопанию», к самостоятельному рассуждению о поступках, которые были, есть и будут в жизни каждого человека. Зритель видит проблему, выстроенную на фундаменте времени, которую внешними и внутренними усилиями данной минуты решить невозможно. Но в кино всегда есть герой, и он способен разрушить временной фундамент, устранить конфликт, только результат всегда получается неожиданным и для героя, и для зрителя. В реальной жизни, к счастью, человек не имеет власти над временем, поэтому целью фильма является выявление в сознании зрителя инстинкта, защищающего его будущее. Инстинкта, благодаря которому к каждому своему вдоху и выдоху, каждому своему поступку, произнесенному слову, движению необходимо относиться с полной ответственностью. Кроме этой доминирующей мысли, авторы фильма «заложили» в него еще одну программу. Алгоритмом является построение такой жизненной парадигмы, при которой во главу угла ставится верность самому себе, а любого рода измена может превратиться в глобальную катастрофу. Эта программа, несомненно, относится к «игре второго плана», но думающему человеку хорошо понятен смысл полуфраз, из которого можно сделать еще один вывод — будь верен себе и окружающим, тогда ты будешь счастлив.
Внутренняя психологическая глубина «Эффекта бабочки» важна еще и потому, что основная аудитория, к которой обращаются создатели фильма, — подростки, начинающие серьезную, взрослую жизнь. И, конечно, не зря выбран в качестве эпиграфа отрывок из теории хаоса, говорящий о важности каждой мелочи, даже такой, как взмах крыла бабочки, способный вызвать тайфун на другом конце земного шара. Видимо, все-таки стоит посмотреть и задуматься.