Человек вокруг себя видит огромный мир. Этот мир может казаться радужным, а может обернуться крепкими силками, из которых не вырваться. Порой человек хочет продлить мгновенье, а иногда обреченно думает: "Когда же это все кончится…". Человек может любить или не любить мир, в котором живет, но мир, созданный Богом,— самое яркое свидетельство о Творце. Об этом знают почти все поэты. Все их стихи — именно о Божием присутствии в этом прекрасном и страшном мире.
Екатерина Канайкина
Вечерня
В полутемной церкви свечечка дрожала,
Нынче у вечерни мало прихожан.
Бабушка иконы вкусно целовала.
Девочка платочек прятала в карман.
Женщина с ребенком встала у Распятья,
Певчим подпевала голосом вторым.
Сын смотрел на дьяка, мать держал за платье.
Свечечка сгорала, превращаясь в дым,
Маленький огарок и молитву Богу.
Девочка забыла вытереть слезу.
Бабушка, уставши, двинулась к порогу.
Вышла прямо в небо, в летнюю грозу.
Болезнь младенца
Я рожден. Я умираю.
Мама, плачешь обо мне?
Не скорби. Я выбираю
Жить в небесной вышине.
Нет, не плачь, моя родная,
Неутешная моя.
Ты ведь тоже умираешь,
Только медленней, чем я.
Все там будем, слышишь, мама?
Не печалься, Бог с тобой.
Слезы капают упрямо
Мне на чепчик голубой…
Неофарисеи
Старость ненужную, жалобу недужную,
Молитву рассеянную, напоказ содеянную,
Покаяние бесслезное, упреки грозные,
Милостыню скупую, печаль мирскую,
Мятые одежи да постные рожи:
На Тебе, Боже, что нам негоже.
Пушкину
Легко сказать: игрок и пьяница,
Любимец и любитель жен…
Он все равно иным останется.
Монаршей милости лишен,
Он в состоянии невыезда
Живал подолгу вне столиц.
Погиб бы. Из петли б не вылез, да
Пред иконой падал ниц.
Прислать Священное Писание
Он брата в письмах умолял.
Переживая расставание,
Жене с любовию писал,
Но Бенкендорф с вниманьем пристальным
По строкам пальцами водил,
Как будто шагом злым, неистовым
К супругам в спальню заходил.
Не пережил поэт вторжения
В придел истерзанной души.
До дня Суда, до воскрешения
Нашел приют в святой тиши,
У стен монашеской обители.
Почти монах для нас, живых,
А мы… опять его обидели:
"Повеса, свет не знал каких,
Да он и с матерью, и с дочерью,
Да при живой-то при жене
Гулял, кутил…". И сплетни прочие
Передаем потомкам, не
Понимая… Что с нас станется?
Но, как ты Пушкина ни чти,
Он все равно иным останется.
Почти что иноком. Почти.
***
Душа молиться просит. Тело…
А тело — сразу ноги отсидело.
Сергей Грешников
Три ангела
Все растворится в темноте,
Все поглотит тоска ночная,
И, утро с кофе начиная,
Мы растворимся в суете.
Все сгинет прочь, все изойдет,
Порвутся связи всех молекул.
Рабы энтропии от века,
Мы рвемся сквозь века вперед.
Сквозь щелочь наших беззаконий,
Сквозь минные поля грехов,
Рабы неосторожных слов,
Уходим снова от погони.
Молитесь же за нас, святые!
Мы сами не порвем цепей,
Вертясь на каруселях дней,
Мы видим только сны пустые,
Но там, над бешеным круженьем,
Над временем, что жжёт мосты,
Стоят и смотрят с высоты
Три ангела — одно спасенье.
Три ангела в едином свете
Ждут, так, как может ждать Отец,
Когда ж вернутся, наконец,
С аттракционов Его дети?
Час жизни
Не для нас этот мир, не для нас —
Мы так скупо, бездарно живем…
Зимы, весны промчатся за час,
Будут звать нас "отжившим старьем".
Век намотан на стрелки часов,
Все разменено, скрыт небосвод…
Обвинит постаревших отцов
В суеверии новый народ.
Как спастись, не попасть в эту муть,
В грязный ком бытовых передряг?
В дальних странах искал я свой путь,
Все пропил, прогулял, как дурак.
Мне б вернуться успеть и сказать:
"Я пришел к Тебе грязен и нищ,
Недостоин быть сыном опять,
Как раба Ты меня хоть прими!"
Спотыкаясь, бежим, сети рвем.
Нам бы только успеть, чтобы нас
Не назвали "отжившим старьем",
Промотавшим подаренный час.
Валерия Соколова
***
Века проходят, как мгновенья,
Мгновенья падают в века,
И остается сожаленье,
Что жизнь земная коротка.
Мы ничего не успеваем –
Дарить, любить, жалеть, прощать,
Порой до финиша не зная,
Куда неслись так лихо вскачь.
Но вот приехали, и что же?
Каков багаж у седока?
Увы, король-то гол, похоже…
А жизнь земная коротка.
***
Разгони рукою тучи!
Что, слабо?
Кто же движет их, могучий?
Только Бог.
Сделай новую планету!
Ах, не смог…
Кто же может сделать это?
Только Бог.
Ну, прибавь себе хоть роста
На вершок!
А ведь это может просто
Сделать Бог.
Ты заботишься о многом
Весь свой век.
Кто ты, чтобы
спорить с Богом,
Человек?
Сыну
Я кровью сердца
стих писала,
Листок бумаги положив.
Тебя молитвою спасала,
Пока молюсь, ты будешь жив!
Пока жива, молитву эту
Я посылаю в небеса
И терпеливо жду ответа,
И верю в Божьи чудеса.
Он вострубит и мне ответит –
Летящий с неба дивный глас…
Возможно все.
Когда на свете
Хоть кто-то молится о нас.