Можно ли выжить в Вавилоне?
Зло почти никогда не показывается в своем истинном виде, не открывает своего подлинного лица, предпочитая прятаться под личиной борьбы за справедливость, независимость, прикрываясь какими угодно высокими идеалами. Но бывает так, что все маскировочные средства куда-то пропадают, и зло является во всем ужасном, отвратительном, не прикрытом ничем виде. При этом не потерявшего совесть человека поражает не сила зла, не его масштаб; поражает бессмысленность жестокости, нечеловеческое, запредельно неземное, поистине сатанинское содержание зла. Преступление, совершенное в Беслане, потрясает, даже не числом жертв, а, прежде всего, бессмысленностью жестокости.
Невозможно представить себе, что должен чувствовать тот, кто способен мучить нестерпимой жаждой детей, способен издеваться над совершенно беспомощными существами, сознавая, что добиться этим ничего не удастся.
Трудно понять цель организаторов этого преступления. Даже если у нескольких безумцев, называвших себя правозащитниками и оставались какие-то иллюзии по поводу того, что организаторы терактов стремятся к каким-то высоким нравственным целям или совершают убийства из отвратительного, но все же понятного чувства мести, то после убийства полутора сотен детей, думаю, все эти иллюзии рассеялись. Можно ли мстить детям? Можно ли рассчитывать на сочувствие кого бы то ни было, после всего, что произошло?
Природа не терпит пустоты. Человеку разумному очень неуютно жить в непонятном мире, среди непонятных событий. Однако логически осмыслить то, что произошло в школе Беслана очень непросто. Каков внутренний мир негодяев, захвативших школу в Беслане, что происходило в их мозгу, когда они хладнокровно по одному расстреливали детей, когда они стреляли в спину бегущим детям? - понять это, наверное, никому не удастся. Это другая психология, другое представление о допустимом и невозможном, другая душа… Конечно, это уже не люди, это не животные и не звери, не инопланетяне, это существа из другого мира, имя которому ад.
Однако осмысления требует и ад, точнее, его вторжение в человеческую жизнь. Требуется понять, почему Всемогущий и Вселюбящий Бог допускает такое страшное злодеяние?
Вопрос этот не прост и с точки зрения логики, и, особенно не прост с точки зрения христианской нравственности. Но все же и на него мы можем найти ответ в Евангелии.
В 13-й главе Евангелия от Луки, ученики Христа спрашивают его о причинах одной, как теперь выражаются, техногенной катастрофы. Древняя Силоамская башня, при подведении водопровода к дворцу Ирода Антипы, неожиданно обрушилась и похоронила под своими обломками восемнадцать жителей Иерусалима. Тут же случилась и еще одна беда, совсем уже не техногенного происхождения. Римский прокуратор Пилат, разгневавшись почему-то на благочестивых паломников из Галилеи, приносивших жертвы, приказал убить их тут же во дворе Иерусалимского храма.
Причиной всякой смерти является грех. Это хорошо понимали ученики Христа. Но были ли погибшие у жертвенника и под обломками Силоамской башни израильтяне самыми большими грешниками в Иерусалиме? Для апостолов, привыкших к мелочным расчетам фарисеев, этот вопрос был очень важен. Но Христос отвечает совсем неожиданно. Он признает, что жестокая смерть не была возмездием за грех. "Думаете ли вы, что эти Галилеяне были грешнее всех Галилеян, что так пострадали?.. Или думаете ли, что те восемнадцать человек, на которых упала башня Силоамская и побила их, виновнее были всех живущих в Иерусалиме? Нет, говорю вам; но если не покаетесь, все так же погибнете" (Лк. 13, 2-5).
Грех портит мир. Мир становится непрочным вследствие греха. Накапливающийся, нераскаянный грех подтачивает самые основы нашего бытия. Трудно предугадать, где прорвется прозрачная на просвет ветхая одежда. Так же в непредсказуемом месте прорывается ткань истончившегося бытия, и из образовавшихся дыр нагло лезет безобразное зло.
"Всякий перед всеми за всех и за все виноват", - говорил устами старца Зосимы писатель Федор Достоевский. В том, что произошло в Беслане, виновны не одни только чеченские террористы, пресловутые боевики Аль-Каиды или нерасторопные руководители отечественных спецслужб…
Самым сильным для меня впечатлением после 11 сентября 2001 года был разговор с тишайшим и благочестивейшим прихожанином нашего храма, заботливым воспитателем двух очаровательных внуков и любителем паломнических путешествий в Дивеево. В ответ на мое возмущение по поводу совершившегося злодеяния этот православный человек с нескрываемым ожесточением сказал: "Наконец-то Бог наказал эту ужасную Америку!". Никакие доводы о том, что в башнях Всемирного Торгового Центра могли быть дети, что дети и внуки наверняка были у тысяч людей, которые там погибли, не были услышаны. Пришедший помолиться в храм пожилой человек упрямо твердил: "Так и надо этим зажравшимся американцам!".
"Всякий перед всеми за всех и за все виноват". Воспоминание об этом разговоре трехлетней давности особенно мучительно сейчас, когда мы видим у стен российских посольств в той же Америке, в Италии и Германии сотни зажженных свечей, цветы и мягкие детские игрушки. И личная вина многих из нас, называющих себя православными, состоит в том, что мы оказываемся побежденными злом. Мы внутренне соглашаемся со злом, внутренне готовы оправдать целесообразностью любое насилие, задумываемся о страданиях невиновных, только если это затрагивает нас самих.
Христианин знает, КТО является виновником зла. Не бесы, вылезшие из преисподней, стреляли из автоматов в матерей, укрывавших детей своим телом, не они развешивали начиненные болтами и гайками фугасы. Преступление было подготовлено и совершено людьми, которые сами добровольно сделали себя обитателями ада. Бесконечно любя человека, самое совершенное Свое создание, бесконечно доверяя ему, Бог наделяет его свободой, позволяет ему жить по своей воле. Лишенный свободы человек превратился бы в совершенно другое, может быть, более безопасное, но и более примитивное существо. Неспособность грешить - это еще не добродетель. Господь ожидает другой подлинной добродетели, которая является результатом свободного личного выбора, личного подвига.
"Бог хочет, чтобы все люди спаслись" (1Тим. 2,4). Однако Промысел Божий, всегда направленный на спасение человека, может осуществляться и как попущение злу. Иногда страдания невиновного человека могут послужить для блага другого. Евангельский слепорожденный, в несчастии которого не были виноваты даже его родители, послужил к прославлению Самого Спасителя и к укреплению веры в тех, кто оказался свидетелями чудесного исцеления. Восемнадцать жителей Иерусалима, погибших при падении Силоамской башни, Промыслом Божиим послужили средством покаяния для многих других грешников.
Точно также несколько тысяч конторских служащих и случайных прохожих погибли 11 сентября 2001 года в нью-йоркских небоскребах для того, чтобы убедить современный постхристианский Запад в непрочности основания, на котором он стоит. А ужас Беслана помогает нам, может быть, впервые опознать врага. Это не отдельные люди злой воли. За ними темной стеной вырисовываются нечеловеческая, в прямом смысле сатанинская сила, против которой и должна вестись борьба.
Человеку, воля которого искажена и порабощена грехом, необходимо убедиться в пагубности своего выбора, необходимо увидеть зло в его чистом виде со всеми ужасными последствиями и отвратительными подробностями. Необходимо испугаться зла! И, может быть, этот испуг есть тот самый Страх Божий, который Библия называет началом премудрости (Прит. 9,10). Может быть, только сейчас мы поймем, что никакие человеческие усилия, никакие воля и разум не победят этого иррационального зла, вспомним, что по слову Спасителя "сей род изгоняется молитвой и постом" (Мк. 9,29).
Еще в средине XIX века святитель Филарет (Дроздов) с огорчением говорил: "Кажется, мы живем в предместье Вавилона, а может быть уже в нем самом…". Наверное, все последующие полтора столетия человечество двигалось только в одном направлении - к центру этого города растлителей и убийц, где все еще строится башня нечеловеческой гордыни.
Промысел Божий не останавливает своего действия не на секунду. Но есть ли надежда, что чудовищные преступления, наконец, ужаснут самих убийц и, вообще всех, кто еще надеется через зло подойти к благу. Если нет, то не ожидает ли мир, который вследствие греха становится все более непрочным, глобальная деструкция, превращение живой материи в хаотическое скопление неживых атомов и молекул? Где в этом случае будут наши бессмертные души?
Можно ли выжить в Вавилоне? Можно ли в нем спастись? Двухтысячелетняя история христианства убеждает нас в том, что это возможно. Можно и выжить и спастись! Можно сохранить свою живую душу! Нужно только не на словах, а всей своей жизнью исповедовать Православную веру, жить по евангельским заповедям, не оправдывая отступление от них никакой "пользой дела". Нужно помнить слова апостола Павла: "Не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12,21).