21.01.2014
Бог есть Любовь. С какой целью попускает Господь вечное мучение душам, которые, по сути дела, на момент суда остались непригодны и не раскаялись, ведь мучение — это не любовь и не прощение, хотя я понимаю, что они пошли по пути диавола, но ведь Господь Любовь, ведь для него нет ничего невозможного, и садовник на земле непригодные плевела уничтожает полностью, или по каким-то причинам мучение душ грешных необходимо для Него?
Абсолютное совершенство Бога проявляется в онтологическом совершенстве Его творения. Это совершенство состоит, прежде всего, в том, что ни одна созданная Богом сущность не может быть уничтожена. Это подтверждается, например, физическим законом сохранения материи. Но совершенство творения касается и духовных сущностей. Поэтому ни одна сотворенная духовная сущность, в том числе ни одна человеческая личность, душа, не может быть уничтожена. Господь не может уничтожить ничего из сотворенного Им. И это не противоречит Его Всемогуществу, поскольку неуничтожимость сотворенного – это одно из свойств Самого Божественного Бытия. При этом на вечное существование «обречены» не только человеческие души, но и падшие ангелы, которые при полной невозможности их исправления не лишаются существования, а только отбрасываются на периферию бытия. Преисподняя, в буквальном понимании, — то, что находится ниже нижнего.
При этом человек не просто одна из сотворенных Богом сущностей, но, как об этом свидетельствует Священное Писание, он является образом Божиим. Этот образ Божий заключается во множестве духовных качеств, главным из которых является личная духовная свобода. Поэтому Господь, всячески оберегая человека, не может сделать ничего, что противоречило бы свободному выбору человека. Ограничить человеческую свободу, например, «запрограммировать» его на безусловное добро (которое в искаженном грехопадением мире вряд ли вообще возможно) — значит лишить человека его человечности, превратить его в добродушное, покладистое, но все же животное.
Бесконечная любовь Божия к человеку проявляется, прежде всего, в безграничном уважении к его «человечности», то есть к его личной свободе со всеми последствиями личного выбора. И последний Страшный Суд, определяющий судьбу всякого человека в вечности, не является торжественно обставленной процедурой раздачи наград и наказаний. Это только досконально точное, доступное одному Божественному всеведению определение духовного состояния личности. В зависимости от того, каким оно окажется, человека ожидает либо «воскресение живота» — блаженная вечность, пребывание в непосредственной близости к Богу, или, попросту говоря, рай; либо — «воскрешение суда», пребывание в отдалении от Бога, в той области, где находятся «духи злобы поднебесной», в том самом месте «ниже нижнего», которое называется преисподней или адом.
Можно много толковать о природе адских мучений, физических или нравственных, можно приводить множество аргументов в пользу тезиса о крайней малонаселенности ада, но ясно одно: ад или рай — это результат свободного выбора человека, которому Бог в его земной жизни давал возможность не совершать зла или хотя бы покаяться в своих грехах. К тому же, хотя в нравственном смысле есть вещи хуже смерти, в целом любое бытие лучше небытия.
Более того, Православная Церковь верит, что участь человека в вечности определяется не только его личной свободой, но такой же личной свободой (неотделимой от любви) других людей. Действием другой свободы и другой любви является богослужебное поминовение усопших с непременной милостыней, предназначенное для того, чтобы убедить Господа в том, что в жизни поминаемого было не одно зло, но и некоторое добро. Это добро и побуждает оставшихся в живых молиться и устраивать поминки. Верим мы и в то, что на весах Страшного Суда немногие добрые дела будут весить больше множества вольных и невольных грехов.