Вопрос священнику

, настоятель храма
в честь Воздвижения Честного Животворящего Креста Господня г. Вольска

Слова Господа Иисуса Христа: «…всякий грех и хула простятся человекам; а хула на Духа не простится человекам. Если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем» (Мф. 12, 31-31) обращены к фарисеям, которые не имели представления ни о Третьей Ипостаси Святой Троицы, ни о возможности Боговоплощения. Христос понимает, что человеку, воспитанному в духе строгого монотеизма, было почти невозможно представить, что у Бога, на единственности Которого настаивали Закон и пророки, может быть Сын. И еще более трудным было увидеть Сына Божия в Сыне Человеческом, то есть поверить в возможность Боговоплощения. Поэтому Христос и готов простить иудеям неприятие Его в качестве Воплотившегося Бога.

В то же время «хула на Духа» в устах фарисеев это не богословское заблуждение, не отдельная хула на Третье Лицо Троицы (как это было, например, у пневматомахов, еретиков второй половины 4-го столетия), а хула на Самого Бога, Которого иудеи знали именно как Духа, хотя и имевшего Лицо. Не прощается сознательное богохульство, которое у фарисеев было не простым атеизмом, отрицанием Божественного бытия, а представляло собой изощренную форму обмана. Веруя в Бога, фарисеи искали комфортного способа заслужить Его благоволение. Стремясь освободить себя от необходимости исполнять главные и чрезвычайно трудные заповеди жертвенной любви к Богу и ближнему, книжники и фарисеи заменяли их множеством необременительных заповедей вроде «десятины с мяты и руты». Эта ложь и является губительной «закваской фарисейской и саддукейской», от которой более всего предостерегает Своих учеников Христос.

В содержании главного догмата Христианской Церкви о Святой Троицы самым существенным является единосущие всех Божественных Ипостасей. При этом каждая Ипостась в полноте представляет всю Божественную Природу. В молитве верующий человек вступает в личные отношения с Богом, поэтому он обращается не к Божественной Природе, а к Божественному Лицу, к одной из трех Божественных Ипостасей, именно к Той, Которая близка нам в конкретных обстоятельствах молитвы. Большинство личных молитв обращено к Сыну или к Духу. Однако евхаристическая молитва, которая составляет евхаристический канон Литургии и произносится соборно священником и народом (хором), обращена к Богу Отцу.

В 3-й молитве последования «На сон грядущим», обращаясь к Духу Святому, мы в то же время обращаемся и к Сыну и к Отцу. Слова «похулих е (его) в помышлении моем» относятся не к хуле на Бога, то есть не к тому богохульству, которое Спаситель считал непростительным грехом. Речь идет о небрежении к имени Божию, которое может быть оскорблено клятвой, унижением, непочтением, употреблением всуе и другими поступками, связанными не столько со злым умыслом, сколько с духовной невнимательностью согрешающего.

Разумеется, величие Божие, которое проявляется и в великодушии, не может быть оскорблено ни человеческой глупостью, как Вы говорите, ни духовной невнимательностью. Христос молился о людях, которые распинали Его, убеждая Бога Отца, что те «не ведают, что творят». Однако наше небрежение приносит огорчение Господу, поскольку Его Любовь сталкивается с человеческим нежеланием ее принять.

Это состояние замечательно выражено выдающимся русским богословом Владимиром Николаевичем Лосским в его «Очерках мистического богословия»: «Любовь Бога к человеку так велика, что она не может принуждать, ибо нет любви без уважения. Божественная воля будет всегда покоряться блужданиям, уклонениям, даже бунтам воли человеческой, чтобы привести ее к свободному согласию. Таков Божественный Промысл, и классический образ педагога покажется весьма слабым каждому, кто почувствовал в Боге просящего подаяния любви нищего, ждущего у дверей души и никогда не дерзающего их взломать».