13.04.2005
Кем для христианства является человек, сознательно избравший другое вероисповедание? Дело в том, что один мой родственник, когда был еще ребенком, по желанию родителей был крещен. Его религиозным воспитанием, тем не менее, его родители не занимались. Кто такие крестные, человек даже не знал. Ему сообщили, что он был крещен в детстве, но интерес и уважение к вере, в которой он был крещен, привиты не были. В итоге, когда человек вырос, он стал интересоваться вопросами религий и веры и выбрал для себя буддизм. Он всесторонне изучил его, нашел его для себя полезным и правильным. Теперь он живет согласно со всеми правилами буддизма, он буддист. Человек очень добр и спокоен, он заботлив и умен. Если бы он избрал Православие, то был бы отличным христианином, в силу своего характера и стремления к совершенству. Но вот вопрос. Кем он стал теперь для Православной Церкви, для христианства. Формально он предал свою веру, но с другой стороны, он ее и не знал, так как был крещен младенцем и сколько он себя помнил, ему даже нательный крестик никто не надевал. И даже не знали где он. Как прояснить данную ситуацию? Можно ли считать данного человека христианином, отвернувшимся от Христа? Неужели он теперь отступник? Он не желал этой веры, выбор был сделан за него... Как быть?
Отвечает игумен Нектарий (Морозов), настоятель Архиерейского храма
в честь иконы Божией Матери "Утоли моя печали"
А нужно ли давать в данном случае какое-то «четкое определение», будет ли кому-то от этого лучше, в частности, самому человеку, о котором Вы пишете? Но если Вы хотите все же разобраться в этой жизненной ситуации, прояснить ее для себя, то постараемся сделать это вместе.
Ваш знакомый был христианином скорее «номинальным», нежели действительным. Он не знал христианства, не был воспитан в его традициях, не был наставлен в его истинах. Родители, пожелавшие, чтобы он был крещен в православном храме, не позаботились, тем не менее, о том, чтобы привить своему ребенку любовь к Церкви Божией. И в этом, безусловно, их вина, скорее, их ошибка.
Но таинство крещения вместе с тем не есть что-то «механическое», чисто «внешнее» по отношению к душе человека. Это не просто обряд, ритуал или традиция. Это именно таинство, в котором человек посредством действующей в таинстве благодати Божией освобождается от тяжкого груза греха (личного и прародительского), вводится, словно через некие врата, в жизнь Христовой Церкви, рождается для вечности. Во время обхождения священника с новокрещенным и его восприемниками вокруг купели поются апостольские слова: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (ср.: Гал. 3, 27). И это то, что действительно также совершается в крещении – таинственное «облечение во Христа», в дивно прекрасную одежду благодати.
Этот дар, приемлемый сердцем человека, не может быть утрачен, благодать, даже если христианин живет нерадиво и греховно, по слову преподобного Григория Синаита, словно некое сокровище, зарывается в его сердце, погребается под грудой, под хламом грехов, но не истребляется совершенно и в любой момент может снова воссиять в нем – если сам человек проявит о том попечение.
Дара благодати сподобился и тот человек, о котором Вы говорите. И в то время, когда он пришел к выводу о необходимости сделать уже осознанный религиозный выбор, это было все же не последним по значимости фактором, поскольку благодатью и в его сердце стучался Господь, не отверзет ли он двери и не впустит ли Христа уже по собственной воле в свою жизнь. Однако среди всего многообразия религиозных конфессий Ваш родственник нашел более близким для себя буддизм. Было ли это «сознательным отречением от Христа»? Думаю, что да. Ведь и выбор был сознательным. Человек мог задуматься о том, что был крещен в Православной Церкви, мог попытаться понять, что же это такое – Православие. (И, наверное, так и поступил, если он, как Вы говорите, человек разумный и основательный.) Но буддизм показался ему более привлекательным, нежели христианство, и он предпочел его.
Поэтому, если стал христианином он не сознательно, а по воле родителей, то перестал им быть уже совершенно осознанно, по своей собственной воле. И дело даже не в том, как оценит это Церковь. Важнее то, что его сердцу ближе буддизм – ближе, нежели истина Христова. А значит, этой истине оно чуждо, чуждо Христу и, что то же, чуждо спасению.
Если человек, о котором Вы пишете, действительно дорог Вам, молитесь о нем, чтобы Господь не дал ему погибнуть, заблудиться на путях этой жизни. Возможно, что прозрение еще наступит – дай Бог, чтобы оно наступило.