Вопрос священнику

, настоятель храма
в честь Воздвижения Честного Животворящего Креста Господня г. Вольска

Может быть, лучше было бы адресовать этот вопрос правящему Епископу Саратовской епархии, который был участником Архиерейского Собора и знает, в какой форме происходило обсуждение этого чудовищного предложения. Я полагаю, что не рассматривать этот вопрос было невозможно, поскольку помрачение ума охватило очень многих людей, которые искренне считают себя православными, но не имеют и малой толики здорового религиозного чувства.

Причина стремления канонизировать Григория Распутина связана, видимо, с тем печальным фактом, что ложь порождает ложь. Ничтожная фигура Распутина была демонизирована советской пропагандистской машиной. Впрочем, первый шаг в этом направлении был сделан еще до революции. Обиженный на всех и вся, а в первую очередь на Императора, расстриженный монах Илиодор Труфанов публикует за границей книгу «Святой черт», где не только приписывает Распутину компрометировавшие лично его безнравственные поступки, но и бросает тень на многих людей, которые были связаны с Распутиным исключительно обстоятельствами времени и места. Этот пасквиль едва ли не буквально переписывает стремившийся угодить Сталину писатель А.Н. Толстой. В очень популярной пьесе «Заговор императрицы» он изображает Распутина чуть ли не главным виновником падения монархии. Далее эта беспроигрышная тема, приносящая и политические и финансовые дивиденды, обыгрывается в книгах других советских борзописцев. Отвратительная повесть Пикуля «У последней черты» была в 70-е годы бестселлером у советской «образованщины». Самым дурным следствием этой популярной литературы стала прочно зафиксированная в массовом сознании связь Распутина и царской семьи.

Эта неправда, имеющая вид достоверности, по законам массовой психологии тоталитарного общества породила противоположную ложь: Распутин полностью оболган и по своим достоинствам должен быть канонизирован.

Между тем, удивительно точную характеристику этого исторического персонажа дает в своей автобиографической повести митрополит Вениамин (Федченков), лично знавший этого псевдодуховного старца. По мнению митрополита Вениамина, Распутин – обыкновенный русский мужик, с известной долей искренней веры и тягой к благочестию, но совершенно не имеющий силы справиться со своими мужицкими страстями, главные из которых – пьянство и блуд.

Сторонники канонизации Гришки действуют той же силой лжи и фальши, что и те, кто придавал этому ничтожеству инфернальные черты. Мне пришлось видеть видеокассету, на которой почти лежащему на смертном одре девяностолетнему протоиерею Николаю Гурьянову некие почитатели Распутина совали в руки книжку с его кощунственным изображением с нимбом вокруг головы и буквально вытягивали у старца, плохо уже понимавшего, что происходит, благословения молиться этому новому святому. Это очень большой грех! К сожалению, к этому греху причастны не только совершенно не имеющие духовной интуиции миряне, но и некоторые попущением Божиим рукоположенные священнослужители, которых метко характеризует пословица: «Все Савлы попрыгали в Павлы». А ведь Спаситель ясно предупреждает, какое наказание ожидает тех пастырей, которые вводят в соблазн неопытных в вере духовных чад (Лк. 17, 2).

Желание канонизировать преступного царя Иоанна Грозного, на мой взгляд, является проявлением «церковного сталинизма». В действительности это – стремление канонизировать идею великодержавности, авторитарности, нетерпимости к духовной свободе человека. В этом маргинальном движении воплощается страх советского обывателя, потерявшего точку опоры, не знающего, что делать с внезапно свалившимся на него даром свободы. Этот феномен испуга перед свободой, стремление загнать себя внутрь почти все равно какого стада, давным-давно описан Достоевским в «Великом инквизиторе». А Николай Бердяев прямо отождествлял грех против духовной свободы с грехом против Святого Духа.

Меня же в этой возне вокруг имени Иоанна Грозного очень удивляла позиция Самарской газеты «Благовест», главный редактор которой Антон Жоголев исписал не одну полосу, защищая эту мнимую святость. Бог с ним, с Жоголевым и иже с ним, но ведь газета «Благовест» - это не частное издание, это даже не приходской листок, а епархиальная газета, позиция которой не должна расходиться с мнением Церкви.

Поэтому, мне кажется, вопрос о канонизации царя-тирана и простеца-проходимца рассматривался на Архиерейском Соборе именно в негативном плане – как не допустить «воцерковления» маргинальных идей, как оградить духовно неопытных людей от соблазнов, исходящих порой от лиц, облеченных правом говорить от имени всей Церкви.

Вместе с тем я совершенно уверен, что подобной канонизации никогда не произойдет. Соборное устроение Церкви, неоскудевающе присутствующая в ней благодать Святого Духа является надежной гарантией того, что этого не случится.