23.03.2013
Расскажите, совершались ли и были ли узаконены властью на официальном уровне однополые браки в Содоме и Гоморре, или мы уже превзошли их в этом грехе?
Содом и Гоморра — это упоминаемые в книге Бытие города, уничтоженные Богом за нечестие, но это еще и символ того, что человеческий грех может увеличиться до уже нестерпимого Богом состояния, если не имеет никаких ограничений со стороны общепринятого нравственного закона. Нам не столько интересно, чем же на самом деле занимались жители Содома, сколько должно нас насторожить следующее сопоставление. Ведь жители Содома и Гоморры действительно не знали закона, и единственная возможность их исправить, а значит в какой-то мере и уберечь от большего греха – это полное уничтожение. В случае же с нашей современной цивилизацией, которую ошибочно именуют пост-, но все-таки, христианской, нравственный закон всем очень хорошо известен. И звучит он для большинства уже даже «смешно», а для христиан по-прежнему страшно: всякая форма проявления свободной сексуальности, то есть вне обусловленного антропологией законного союза мужчины и женщины, – есть грех, причем смертный, вопиющий об отмщении. Евангелие недвусмысленно говорит об этом: «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). То есть ситуация с мужчиной в этом контексте даже не рассматривается, поскольку лежит уже за пределами этой шкалы ценностей.
Значит, в Содоме однополые союзы были безумием, которое можно было остановить спасительным уничтожением, а в нашем мире такие союзы уже сознательное нарушение хорошо известного ВСЕМ закона. Просто уничтожить это нельзя, в таком случае Бога можно было бы обвинить в мести за нарушение Его воли. Остается только оставить ходить таковых по путям своим, как мы читаем сейчас ежедневно на великопостной вечерне в 124 псалме: «уклоняющыяся в развращения, отведет Господь с делающими беззаконие», что в синодальном переводе звучит как «совращающихся на кривые пути свои да оставит Господь ходить с делающими беззаконие».
Вопрос о том, превзошли ли мы в своих согрешениях Содом, полностью снимается, если мы вспомним, что живем уже в логике апокалипсиса (вступившей в силу с появлением нравственного христианского закона), которая ясно излагается в последней главе Откровения Иоанна Богослова: «Неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святый да освящается еще» (Откр 22, 11). Поэтому несмотря на картину всеобщей развращенности, унывать все же не стоит. Чем глубже мир погружается в бездну греха, тем отчетливее на этом фоне сияет идеал евангельской жизни.