23.09.2006
Я не понимаю, зачем жить, зачем ждать завтра, зачем что-то делать сегодня. Ведь что бы мы ни делали: учились, мучались, получали пятерки, доводя себя до нервного истощения, работали, разгребали какие-то бумаги, украшали дом, гуляли по улице, ели и т.д., в этом нет смысла. Я прочитала в одной книге, что когда один священник попал в аварию, все молились чтобы он дожил до завтра. Но я не понимаю, зачем они молились, ведь послезавтра он все равно умрет. Зачем нам что-то делать, создавать, если все это временно, если мы умрем все равно. Единственное что имеет смысл делать - это молиться Господу, чтобы там нам было хорошо - ведь там вечно. Тогда зачем люди вообще живут, строят государства, учатся, управляют другими людьми? Для чего - ведь это все бессмысленно по сравнению с молитвой и покаянием. Так я опять не понимаю, зачем мне что-либо делать на этой земле, куда-то ходить и т.д., если это не имеет смысла? Зачем мне жить?
Отвечает игумен Нектарий (Морозов), настоятель Архиерейского храма
в честь иконы Божией Матери "Утоли моя печали"
После всей череды заданных Вами вопросов остается, наверное, еще один, который логично было бы задать в завершение прочих и который в Вашем письме недосказан, но все же звучит: «А зачем Господь вообще дал нам эту жизнь? Почему сразу не переселил в иной, прекрасный мир, где нет соблазнов и искушений, нет выбора между добром и злом?».
Господь наделил нас удивительным, драгоценным даром бытия. И надо понять, почувствовать, что это такое – жизнь, чтобы она не превратилась в «дар напрасный, дар случайный», не стала «пустой и страшной шуткой» и чтобы не оказался наш талант скрытым, не принесшим никакого плода.
Человек, пока он находится на земле, должен быть именно живым. Христианская «смерть для мира» - это не нирвана буддистов, не переход «по ту сторону добра и зла». Это смерть для греха и страстей. Люди много делают лишнего, ненужного, не понимая, что является тем «единым на потребу», чего следует всеми силами искать. Это лишнее – и есть все то, что служит лишь для удовлетворения страстей, что возносит кого-то на пьедестал мирской слава, а кого-то делает несчастным.
Но нельзя вместе с тем относиться к жизни как к иллюзии, как к тому, чего на самом деле нет. Все это есть – и земля, и люди на ней, и дела, которые приходится делать, исполняя заповедь о необходимости «в поте лица своего есть хлеб свой» (ср.: Быт. 3, 19). И жизнь христианина должна быть наполненной, деятельностью – в зависимости от того, какой путь он избирает для себя. Если он уходит в монастырь, то должен быть хорошим монахом, и молитва должна стать главным для него делом. Но и в монастыре нельзя будет избежать трудов по благоустроению обители, по добыванию средств для существования братства. Тем более нельзя будет избежать подобных трудов, живя в миру. Потому что все должен стараться верующий человек делать по совести – и учиться, и работать. Ведь христианское отношение ко всему – ответственное, серьезное, а не холодное и безразличное.
Сеятель бросает зерно в землю, оно живет и умирает, и приносит затем свой плод. Так и нас Господь приводит в этот мир, чтобы прожили мы жизнь, достигли грани, отделяющей настоящее бытие от вечности, в которой и должен явиться плод наших трудов на поприще земном. И вряд ли кто-то может поспорить в этом с Его Божественной мудростью.